Старт // Новые статьи // Культура // Литература // Памяти Лариссы Бройтман. (24.08.1928 — 22.04.2014)
Integrationszentrum Mi&V e.V. – Mitarbeit und Verständigung

Памяти Лариссы Бройтман. (24.08.1928 — 22.04.2014)

Ларисса Ильинична Бройтман родилась в г. Ленинграде. Ее отец был журналистом, мать – ученым-химиком. Детство провела в Ленинграде. В 13 лет, когда началась война, Ларисса была эвакуирована из Ленинграда на Урал, где закончила среднюю школу.

 

В 1945 году, после возвращения семьи в Ленинград, поступила на исторический факультет Ленинградского Государственного Университета, который закончила в 1950 году. Долгие годы Ларисса Ильинична работала экскурсоводом и методистом в Ленинградском городском экскурсионном бюро и много занималась исследовательской работой, связанной с историей родного города. Она была членом Исторической секции Музея истории Петербурга, членом Российского генеалогического общества. В Германии Ларисса жила с 1995 года и не оставляла там творческую работу: была одним из инициаторов создания Петербургского общества г. Ганновера, членом литературного общества Lister Turm при Толстовском обществе, которым руководил долгие годы известный поэт Д. Дадашидзе. Ларисса Бройтман является автором многочисленных книг и статей об истории Санкт — Петербурга. Издательством « Центрполиграф» в Санкт-Петербурге были выпущены ее книги: «Улица Казанская» (2008 г.), «Петербургские сюжеты» ( 2009 г.). Книга «Гороховая улица» вышла в издательстве «Крига» в 2010 г. В соавторстве с А. С. Дубиным были написаны книги, выпущенные также издательством «Центрполиграф»: «Улица Чайковского» (2003 г.), «Моховая улица» (2004 г.), «Улица Восстания» (2005 г.). В 1996 г. в издательстве «Папирус» вышла книга «Большая морская», за которую Л. И. Бройтман вместе с соавтором Е. И. Красновой была удостоена Анциферовского диплома, ежегодно присуждаемого за лучшие работы по истории Санкт-Петербурга. Помимо этого, ее творческому наследию принадлежит большое количество стихотворений самой разнообразной тематики; авторский сборник стихов был издан в Санкт-Петербурге в 1995 году издательством «Независимая Гуманитарная Академия». В Германии ее стихотворения были включены в литературный сборник «Запятая», который был выпущен в 2009 г. в Ганновере.

 

Ларисса  Бройтман

 

С Т И Х И  

 

Вместо предисловия

 

Вечер. Тень на абажуре.

Круг от лампы на столе,

Где глаза в истоме щуря,

Кот блаженствует в тепле.

 

             В позе томной и небрежной

             Он следит едва-едва,

             Как под шариковым стержнем

             Буквы строятся в слова.

 

Вдруг, к прыжку уже готовый,

Приоткроет глаз овал

И, как мышь, иное слово

Убивает наповал.

 

            И удар тот не напрасен –

            Должен он предостеречь

            От строки, где смысл неясен

            И высокопарна речь.

 

Давний спутник человека,

Видно много ты постиг

Тайн таких, что нам от века

Их не вычитать из книг.

 

             Верен карме, прежде где-то

             Не одну ты жизнь прожил,

             Может, был тогда поэтом

             Или цензором служил?

 

Знаешь ты, что очень сложно

Точно слово подобрать,

Знаешь ты, что словом можно

Приласкать и покарать.

 

             Буква к букве, в строчки строясь,

             Все бегут из под руки,

             И следят за мной, как совесть,

             Глаз кошачьих огоньки.

   

 

Выпускникам 1941 года,

                    не вернувшимся с войны.

 

Вечно восемнадцатилетние,

Вы остались в прошедшем времени.

Но становится всё заметнее

Боль утрат непосильным бременем.

 

                 С выпускного вечера классного

                 Шли девчонок взяв гордо под руки,

                 Жизнь казалась яснее ясного.

                 А наутро война и подвиги.

 

Кто не помнит то лето чёрное.

Сразу стали намного старше мы.

В сводках – всюду бои упорные,

А в эфире – пластинки с маршами.

 

                 Представлялась война кровавая

                 С детства нам не совсем, как надо бы.

                 Так уж бодро маршалы бравые

                 Предводительствовали парадами.

 

Так гордились мы кавалерией

И буденовскими тачанками,

А война на вас артиллерией,

Самолётов тучей да танками.

 

                 Образца девяносто первого

                 (Чудо техники) – дробь тридцатого

                 Трёхлинеечка наша верная

                 В бой неравный шла с автоматами.

 

Но уж так вы были воспитаны,

Что не мучили вас сомнения,

И самою смертью испытана

Стойкость вашего поколения.

 

                 Обещал же вам тот, которому

                 Подчинялась сама  история,

                 Малой кровью победу скорую

                 И на вражеской территории.

 

Его, вместо богов отставленных,

Почитали вы по-сыновнему.

«В бой за Родину», «В бой за Сталина» —

Это были для вас синонимы.

 

                 Он, к кому обращались дружно мы

                 В горький час, как к Христу с молитвами,

                 Он оставил вас безоружными

                 В час решительный перед битвами.

 

Пояс Славы мы обозначили,

Эпитафии в камне выбили,

Там, где вы сердцами горячими

Заслонили нас всех от гибели.

 

                 Спите, воины-победители,

                 Под огнями навек зажжёнными.

                 Постарели без вас родители,

                 А невесты не стали жёнами.

 

1971

  

 

Старые фильмы

 

Признаюсь откровенно – довольно давно

Среди телепрограмм и каналов обильных

Выбираю всё чаще я «Наше кино»,

Чтобы там посмотреть довоенные фильмы.

 

Чёрно-белые ленты тридцатых годов,

В них наивен сюжет и не хитро закручен,

И уже после нескольких первых ходов

Ясно всем, что конец будет благополучен.

 

Что тогда всех нас к этим картинам влекло

И сегодня влечёт в этот мир иллюзорный?

В них так ясен был смысл – где добро и где зло,

Было белое – белым, а чёрное – чёрным.

 

Там герои умели дружить и любить,

Презирая и подлость, и лжи словоблудье.

В жизни было не так. Так должно было быть!

И мы верили в то, что когда-нибудь будет.

 

И сегодня мой разум ещё не привык,

Что в кино, как и в жизни, полно беспредела.

И что детям внушает любой боевик –

Человека убить – это плёвое дело.

 

Чтобы мир человечности верен был впредь,

Чтоб опомнился перед последним моментом,

Может быть, надо людям почаще смотреть

Этих старых картин чёрно-белые ленты.

 

 

 Внуку                    

 

Мальчик мой, устал ты от проказ,

На игрушки смотришь скучным взглядом,

Телевизор я включу сейчас,

Посидим с тобой тихонько рядом.

 

          Зазвучат призывно голоса,

          Замелькают на экране краски,

          И умчимся мы на два часа

          Прямо в золотое царство сказки.

 

Там идет борьба добра со злом

И, надев волшебные одежды,

Бьются, крепко стянуты узлом,

Свет и тьма, сомненья и надежды.

 

         Не сводя с экрана жадных глаз,

         Ты следишь, от страха холодея,

         Как все осложняют каждый раз

         Происки коварного злодея.

 

Кажется, что он сильней порой,

Но, когда к концу подходит дело,

Побеждает сказочный герой

И твоим восторгам нет предела.

 

         А потом, войдя душою в роль,

         Ты переживаешь все сначала,

         Повторяешь, что сказал король,

         Что ему принцесса отвечала.

                                                                                              

Быстро детства промелькнут года.

И узнаешь ты, что в жизни нашей

Правда торжествует не всегда,

Часто зло переполняет чашу.

 

         И тебе на жизненном пути

         Пусть, наперекор грозящим бедам,

         Мужество поможет обрести

         Память детства верою в победу.

 

 

Тени прошлого

              

Есть один человек – он объездил весь свет,

Полон странных своих побуждений,

Занят сбором не книг, не картин, не монет,

Ищет всюду, чудак, привидений.

 

       Я, подобно ему, по проспектам брожу

       И, надеюсь, живых не обижу,

       Но с каким я вниманьем вокруг ни гляжу,

       Только призраки, призраки вижу.

 

В летний полдень в весёлой людской суете,

В зимний вьюжный и сумрачный вечер

Вдруг в толпе промелькнут, как видения, те,

Кого я уже больше не встречу.

 

       Я пройду на закате весеннего дня

       Тихой улочкой, с детства знакомой,

       И родители вновь поглядят на меня

       Из окошка старинного дома.

 

Есть квартиры, где мне не бывать никогда,

Не подняться по старым ступеням –

То друзей адреса, там живут навсегда,

Не старея, их милые тени.

 

       И спешу я туда, где находят приют

       Все ушедшие в скорбном величье,

       Я их там нахожу, и они предстают

       В своем мраморном новом обличье.

 

Чтобы мертвые знали во все времена,

Что всегда они с нами, с живыми,

Я читаю знакомые их имена,

Как заклятие — каждое имя.

 

       Для того я тревожу их вечный покой,

       Чтоб сказать, как разлука тяжка мне.

       И осенние астры замерзшей рукой

       Я кладу на холодные камни.

 

 

*****

 

Если б только жизнь начать сначала,

Каждый шаг свой трезво рассчитать –

Можно было б всех своих печалей

И ошибок горьких избежать.

 

                Если б знать, чему не стоит верить

                Так, как это знаем мы теперь,

                Чем любовь и дружбу нужно мерить,

                Сердце охраняя от потерь.

 

Не плутать в дыму пустых мечтаний,

В будущее глядя далеко,

Исполненья всех своих желаний

Было бы достичь нам так легко.

 

                Но начав с вторичного рожденья,

                Прежнее считая смутным сном,

                Мы пришли бы к новым заблужденьям,

                Ошибаясь в чём-нибудь ином.

 

Угадать не сразу удаётся,

В чём удач и горестей исток,

Потому что мудрость нам даётся

Как ошибок сделанных итог.

 

1974

 

 

русская православная церковь заграницей иконы божией матери курская коренная в ганновере

О inter-focus.de

Читайте также

Игорь Елисеев. Подборка стихотворений.

Дороги   В лесах российских нет глуши, и как себя, дружок, ни мучай, такой же, …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика