Старт // Новые статьи // Культура // История // Леонид Аранов: «Русские в Париже Часть 2.»
Integrationszentrum Mi&V e.V. – Mitarbeit und Verständigung

Леонид Аранов: «Русские в Париже Часть 2.»

Дезертиры по любви

В феврале 1814 года генерал Матвей Платов получил приказ командующего Главной армией австрийского генерал-фельдмаршала князя Шварценберга следовать с корпусом в город в Бар-сюр-Об, взяв направление на Париж. Для разведки генерал Платов откомандировал отряд  из 500 казаков под командой полковника, своего сына для занятия города и подготовки наступления на Париж.  Там у полковника Платова произошло небольшое сражение с отрядом польских уланов.  После быстрого разгрома неприятеля неожиданно появился казак, тянувший за поводок окровавленную лошадь. Лошадь  тяжело дышала, с каждым шагом норовила упасть. А казак заливался слезами. Это был есаул Григорий Меркулов.

— Гриша, что с тобой? – обратился к нему Иван Платов.

— Мой конь, мой друг помирает. Мы с ним были неразлучны от Дона и почти      до Парижа.

Иван осмотрел коня и сказал:

— Он очень мучается, его не спасти, возьми шпагу и ударь в сердце. Вот сюда, показал Иван.

Григорий  замер,  потом неожиданно взял шпагу и проткнул сердце коня. Жар прошел по всему телу молодого солдата.  Конь упал и, сделав несколько конвульсий, замер. Григорий долго  стоял, опершись на шпагу. По его лицу текли слезы. К нему подошел полковник Иван Платов:

— Выбери себе из резерва любого коня. Наша война не кончилась. Вот и полковник Вася Иловайский идет. Хочет на тебя посмотреть.

— Что смотреть, вы полковники, я есаул.

— Ошибаешься, Гриша. Мы все сегодня казаки, омытые  водою Дона.  И за Россию кровь здесь проливаем. Не обойдут тебя чины.

Василий Иловайский, поздоровавшись с Гришкой, обратился к Платову:

— С утра Барклай нас ждет, наш корпус он в атаку поведет. Иван, пора нам быть у генерала. До встречи Гриша.

В начале 1814 года Наполеон неожиданно нанес сильнейший удар по армии коалиции.  Наступление на Париж застопорилось. Теперь император Наполеон направил свое войско на корпус генерал-фельдмаршала Барклай-де-Толли. И армия генерала тоже стала отступать. Первая попытка наступления на Париж провалилась.

Отмечает историк, академик Тарле Е.В.: «Наполеон, по мере возрастания опасностей, становился все энергичнее. В наступившем феврале 1814 года его маршалы глазам своим не верили: перед ними опять был генерал Бонапарт, молодой герой Италии и Египта. Как будто и не бывало 15 лет царствования, непрерывных кровавых войн, самодержавного управления колоссальной империей и вассальной Европой. Он поддерживал дух маршалов, бодрость солдат, успокаивал оставшихся в Париже министров. 10 февраля, после нескольких быстрых переходов, он напал на корпус генерала Олсуфьева и разбил его наголову. Больше 1500 русских было перебито, многим удалось бежать. Олсуфьев попал в плен. На другой день новая битва, происшедшая 11 февраля, кончилась новой блестящей победой Наполеона. Потери коалиции составили около 8 тысяч человек из 20 тысяч, сражавшихся под союзными знаменами в этот день. А Наполеон потерял меньше 1 тысячи человек. Немедленно после этого Наполеон снова устремился вперед и… новые победы. Военные историки находят кампанию 1814 г. одной из самых успешных в наполеоновской эпохе с точки зрения стратегического творчества императора…».

Но, несмотря на боевые успехи императора Франции, его положение оставалось критическим. Коалиция к этому времени сумела собрать 100-тысячную армию, что  значительно  больше, чем у Наполеона. Последняя битва 25 марта на пути к Парижу закончилась полной победой европейской коалиции над французскими маршалами. Они были отброшены к Парижу, и 29 марта 100-тысячная армия коалиции подошла к столице. В этот день Сенат Франции, предвидя падение Парижа, объявил Наполеона низложенным. При этом, сенат учредил временное правительство и подал голос за реставрацию монархии Бурбонов. Таким образом, престол предоставлялся королю Людовику XVIII.

Как писал Тарле: «30 марта 1814 года, совершив обманный манёвр, казаки атамана Матвея Платова подошли к Парижу с юга. Город на тот момент насчитывал до 600 тысяч жителей и хорошо укреплен. Но настроение в Париже было паническое,  в войсках наблюдался упадок. Гарнизон Парижа составлял 40 тысяч человек. Из них только 25 тысяч были кадровыми военными. Но было много пушек.  Сражение за Париж стало одной из самых кровопролитных битв для союзных войск, потерявших за один день более 8 тысяч солдат, из которых 6000 воинов российской армии».

Этого было достаточно, чтобы за эти потери и в отместку за Москву подвергнуть Париж полному разгрому и опустошению. Но царь Александр I не желал кровопролития за Париж и разыгрывал великодушного победителя. Находясь в окружении своей свиты, он сказал, обращаясь к генерал-майору М. Ф. Орлову (будущему участнику декабристскому восстания в С-Петербурге): «Париж, лишенный своих защитников и своего великого вождя, не в силах сопротивляться. Я глубоко убежден в этом. Я уполномочиваю Вас прекращать бой, как только явится надежда на мирную капитуляцию столицы», — сказал царь.  Ожесточенный бой длился еще несколько часов.

В течение 30 марта все пригороды французской столицы были заняты союзниками. Видя, что падение города неизбежно и стараясь уменьшить потери, маршал Мармон, которому вверена защита Парижа, 31 марта 1814 года отправил парламентера к русскому императору.  Александр I предъявил жесткий ультиматум о сдаче Парижа под угрозой его уничтожения и требование отвести войска в Нормандию. Мармон подписал акт о полной капитуляции, выполнив все требования Александра. Этому в значительной степени поспособствовал министр Франции Талейран. Впоследствии Мармона обвинили в измене, но это не помешало ему перейти на службу короля Людовика XVIII.

Взятие столицы Франции стало завершающим сражением наполеоновской кампании 1814 года. Для Александра – это день абсолютного триумфа. И день возмездия – за 14 сентября 1812 года, когда французы вошли в Москву.

Но русский царь запланировал возмездие без крови ― войти в Париж во главе блестящей армии и создать контраст между своим великодушием и действиями Наполеона, разрушившими его столицу. Перед вступлением в Париж император России Александр I обратился к генерал-фельмаршалу Барклаю де Толли:  « Объявите моей гвардии и гренадерам, что завтра мы вступаем парадом в Париж. Не забудьте подтвердить войскам, что разница между нами и французами, входившими в Москву та, что мы вносим мир в Париж, а армия Наполеона – войну».

Уже в России, после полного окончания военных действий, Александр I пожаловал Михаилу Богдановичу Барклаю де Толли титул князя – «За отменное состояние вверенной армии».

4 апреля к Наполеону во дворец Фонтенбло (недалеко от Парижа) прибыли его маршалы из ближайшего окружения. От имени всех присутствующих они потребовали от Наполеона его отречения от власти. Император подписал отречение за себя и своих наследников.

В ночь на 8 апреля 1814 года в своем дворце, переживая поражение, оставленный своим двором, Наполеон решил покончить с собой. Он принял яд, который всегда носил при себе.  Но яд «потерял силу», разложился от долгого хранения.  Император, несомненно, подумал, «смерть меня не принимает, а Кутузов не позволил мне умереть достойно на поле сражения». Наполеон не очень ценил Кутузова как полководца, презирал его нерешительность в бою с отступающей его армией, к тому же погибающей от голода и холода. Ещё большую ошибку император  видел в том, что Кутузов позволил остаткам его армии переправиться через Березину.

«В полдень 8 апреля вся гвардия построилась перед дворцом Фонтенбло. Великий полководец спустился с лестницы и обратился с горячей прощальной речью к своим старым солдатам. «Прощайте, мои дети! — сказал он в заключение. — Я хотел бы прижать вас всех к моему сердцу, так дайте же мне обнять ваше знамя!» И, подойдя быстрыми шагами к генералу Пети, державшему знамя старой гвардии, Наполеон обнял его, поцеловал, при громких возгласах и рыданиях своих товарищей и, сев в экипаж, отправился с генералом Бертраном по Лионской дороге. 16 апреля Наполеон вступил на борт английского фрегата «Undaunted» («Неустрашимый»)» – как сообщает Тарле.

Исполняя волю государя Александра I, союзниками по коалиции Наполеону I в вечное владение был предоставлен остров Эльба, куда и отправился английский фрегат. Парадокс истории. В 1793 году французского короля Людовика XVI казнили на гильотине только за мнимое покушение на свободу. Но французскому императору, пролившему  море крови во всей Европе, был дарован целый остров с обслугой и личной охраной в несколько сотен солдат и офицеров. Ни казни, ни тюрьмы.

По всеобщему признанию  Александр I спас Европу от Наполеона I. Жители страны, потерпевшей поражение в войне, не могут радостно встречать армию победителей. Но так происходит не всегда. Не имея никаких достоверных сведений о России, французы ожидали увидеть «варваров с Севера» и «диких казаков», которые сурово отомстят парижанам за вторжение Наполеона в 1812 году. Но император Александр I издал строгие предписания не обижать мирных французов. Столь великодушная политика Александра I по отношению к побежденной Франции начала приносить плоды ещё до вступления армии в Париж.

В полдень русская гвардия во главе с Александром I торжественно вступила в столицу Франции. Освободитель Европы въезжает в Париж на серой лошади, которую ему шесть лет назад подарил корсиканский тиран.

В абсолютной тишине освободители Европы проходят через главные ворота Парижа и пересекают Итальянский бульвар. Напряжение держится с обеих сторон. Если вдруг жители шестисоттысячного города решатся напасть, освободителям мало не покажется. Если решатся…

«Самые смелые парижане заводят разговор с «варварами». Поразительно, но «варвары» не только умеют говорить, но и говорят по-французски. Атмосфера налаживается. Скоро раздаются первые крики: Vive Alexandre! (да здравствует Александр!) Vive la Russie! (да здравствует Россия!) В воздух взлетают первые чепчики. Особо чувствительные парижские модницы просят у офицеров позволения забраться на лошадь, чтобы лучше увидеть красавца русского императора. Ему 37 лет, он близорук и немного полноват, но все равно божественно привлекателен.  В город вошли нарядные офицеры, блистательно изъяснявшиеся на языке Вольтера, красавцы-казаки и статные гренадеры. Все они относились к французам с уважением, как к носителям великой культуры, на которую в России многие равнялись. По приказу русского императора в Париже были расквартированы гвардейские части – элита российской армии. Кроме того, Александр I отпустил с миром всех пленных – 1,5 тысячи человек, а еще русский царь гарантировал французам неприкосновенность имущества и личную безопасность» – пишет Иван Козаков.

У русских военных не было проблем с деньгами, как раз накануне они получили жалование за всю кампанию 1814 года  в тройном размере. Поэтому щедрых молодых красавцев Париж встречал с распростертыми объятиями. Старинный королевский дворец Пале-Рояль очень быстро превратился в клуб офицеров – любителей азартных игр  и куртизанок.  Причем, прямо перед дворцом можно было встретить уличную торговку-жрицу любви, предлагавшую казакам купить презервативы. На пакетике с необычным изделием было написано по-французски «одежда против сифилиса». Такое изделие в России еще не было известно.

Генерал Милорадович здесь проиграл всё своё жалованье за три года вперёд. Впоследствии он получил большую известность в связи с декабрьским восстанием 1825 года в С-Петербурге.

16 мая 1814 года был заключен Парижский мир, по которому Франция ограничивалась пределами, установленными в 1792 г.

На одной из церемоний Александр I вдруг услышал: «как мы рады, мы так давно Вас ждали».  Он не замедлил ответить: «Я бы ранее к вам поспел, но меня задержала храбрость ваших войск», прекрасно сознавая, что его слова быстро разнесутся по всему Парижу и Франции. В Париже Александр I поселился у Талейрана в его особняке на улице Сен-Флорентин, «старого друга» по купле-продаже информации, Им было о чем поговорить и что вспомнить. И не вина была «старого друга» в том, что российский император так бездарно воспользовался купленной им информацией.

Вечерами Александр развлекался, посещая спектакли. Вскоре после прибытия в Париж он участвовал в большом празднике в свою честь – по приглашению Талейрана. Именно он был заказчиком церемонии. У него был прекрасный нюх на сильных мира сего. Особенно, когда они одерживают победы.

Казаки в Париже расположились лагерем в городском саду на Елисейских полях и чувствовали себя совершенно непринужденно. Они жгли костры и готовили себе еду, покупая продукты у местных торговок. А в прудах при королевском дворце Фонтенбло выловили и съели всех карпов. Однако, местные жители расценивали захват Франции как долгожданное освобождение от поборов и практически поголовного призыва здоровых мужчин на военную службу. Но дружеского и доверительного отношения к себе добились только русские. Будущий декабрист Рылеев приводит слова одного из французских офицеров: «Я говорю с Вами как с другом, потому что Ваши солдаты и офицеры ведут себя как друзья. Ваш Александр – наш защитник и благодетель, но его союзники – настоящие пиявки».

Биваки казаков стали  исключительно модным объектом. Казаки купались в Сене вместе с конями, как у себя на Дону, то есть чаще всего нагишом. Парижане обоих полов стекались к казачьим бивакам, чтобы полюбоваться на такую достопримечательность. Сюда переместились все парижские художники.

Как-то на Елисейских полях появились два полковника – это были Иван Платов и Василий Иловайский. Они  искали Гришку. Его трудно было узнать. Он нагишом со своим новым конем стоял в пруду, натирал ему бока и мыл какой-то пеной.

— Гриша, выходи скорей. Неприлично майору  без штанов гулять, крикнул ему Иван.

Гриша, как был нагишом, так и вышел на берег, невзирая на смотревших на него женщин.

— Гриша, мы с трудом тебя отыскали. Быстро одевайся, мы едем отмечать твое повышение по службе. Теперь – ты майор. В России ты получишь звезды и погоны.

И дружная троица удалых донских казаков помчалась в облюбованный городской ресторан. Не успели они сесть за стол и сделать заказ, к ним сразу очень деликатно подсело несколько очаровательных дам. Выпитое вино сделало компанию очень веселой. Полковники поднимали бокал за бокалом – за мир, за любовь и опять за любовь. Только Гриша сидел мрачный.

— Что с тобой, отчего не весел? Спросил его Иван.

— Я должен уже ехать. Неделю назад я познакомился с Мари. Сегодня она ждет меня в собственном доме. Завтра встретимся  на берегу Сены как сегодня и все расскажу. А сейчас, адью (прощайте).

Гриша  успел опередить всех своих родных казаков. Он, почти не зная французского языка» закрутил «крутой» роман с прекрасной парижанкой. Ну, что с того, что плох его французский. Ведь у любви есть свой язык. И тот язык понятен был Мари давно. Все поняла без слов она. Узнал потом наш Гриша, что у нее большой просторный дом и виноградники. И старенькая мама.

«Же тем» (je t’aime фр.- люблю) — теперь слышны давно забытые слова в том доме.

— Был у меня отец и был жених, отнял их император у меня. Теперь есть я и ты, – поведала ему Мари.

Все это Гриша понял быстро. И ночь любви. Одна спешит сменить другую…

Но объяснение с полковником Иваном должно же быть. Ведь он ему уж как родной. Поймет ли он?  И вот Иван на берегу.  Он ждет.

— Григорий, завтра на центральной площади Барклай устраивает смотр. Велено всем нам явиться к 12.00, – так поприветствовал Гришку полковник Платов.

—  Я не могу. Я остаюсь в Париже.

— Ты говорил, тебя в России ждет невеста? И твой отец. В разведку в Турции я с ним ходил.

— Невесты нет давно. Она себе татарина нашла, с ним «упорхнула». Мать умерла, как только я уехал. Отец, оставшийся один, рванул спасать Москву. И как погиб не ведает никто. Что ждет на родине меня? А здесь Мари, я буду счастлив с ней. Родится сын, он будет русским. Таких как я в округе очень много. Я думаю, что скоро французы все освоят наш язык, и будет Малая Россия. Была бы с Францией еще война, тогда я неразлучен с вами.

— Я понял все, тебя не выдам, не видал, живи спокойно, сказал Иван сердито и ускакал на вороном.

Известный французский историк Мари-Пьер Рей в своей книге «1814 год. Царь в Париже» писала: «…парижане благожелательно приняли в своем городе русские войска, одолевшие Наполеона I Бонапарта. Причем, встреча французов с победителями была настолько теплой, что после ухода казаков и бравых гренадеров на берегах Сены родились славные малыши – потомки русских солдат и офицеров». Примечательно, что и сегодня тысячи французов называют себя потомками казаков, одолевших армию Наполеона.

А потери на дамском поприще для русской армии были огромны, соизмеримы с самыми кровопролитными сражениями с французскими солдатами.

Кроме того, далеко не все служивые люди хотели возвращаться в крепостническую Россию из благодатной Франции. Солдаты нанимались на работу к французским фермерам с хорошей зарплатой и местной кухней. При этом незамужние дочери землевладельцев с интересом смотрели на крепких красавцев-усачей, видя в них будущих мужей.

Офицер артиллерийских войск А.М. Баранович оставил свои воспоминания: « из армии дезертировали примерно 40 тысяч человек.  И это из 60-тысячной русской армии». Но большинство историков полагает, что эта цифра «слегка» завышена, как минимум, в 4 раза. И это тоже очень много. Император Александр I даже попросил своего «коллегу» Людовика XVIII помочь с возвращением дезертиров на родину. Однако, французские фермеры не выдали властям своих новых работников, а насильно их депортировать из Франции никто не стал.

«У России есть только два союзника  её армия и флот» – так заявлял российский император Александр III.  Скорее всего, император Александр I также думал. И, опасаясь потерять своего главного союзника, он поторопился увести свою армию в Россию. Это было в мае 1814 года.

Император высоко оценил в этой войне роль атамана, графа, генерала Матвея Ивановича Платова, наградив его орденом святого Александра Невского с алмазными знаками, пожаловав ему табакерку с собственным портретом.

Из биографии графа Платова, составленной историком Е. И. Тарасовым:  «В этой войне за Платовым утвердилась слава великого полководца. О нём всюду заговорили в Европе. Одно имя его наводило страх на неприятельские войска. Днём он летал вихрем и поражал врага, а ночью не давал ему отдыха, заставляя каждую минуту быть на стороже. Летучие отряды донцов, посылаемые Платовым во всех направлениях и с чрезвычайной предусмотрительностью, на каждом шагу тревожили неприятеля и мешали ему снабжать себя нужным продовольствием. Едва неприятель замышлял что-либо, как донцы, быстрые и искусные, летят уже по одному мановению своего атамана, окружают, давят, теснят и преследуют его».

В конце 1814 году  Сенат России в честь победы в войне с Наполеоном и установления мира в Европе, а также учитывая его заслуги в мирное время, пожаловал императору титул «Благословенный, великодушный держав восстановитель».  В этот период времени  Александр I впервые подготовил ряд документов, облегчающих жизнь населения России. Среди них особо следует отметить Указ о вольных хлебопашцах,  который явился первым шагом к отмене крепостного права в России и Указ о запрете пыток.

Казалось, что после поражения французских войск в марте 1814 и  ссылки Наполеона Бонапарта на остров Эльба  его история, как великого императора, подошла к концу.  Но судьба распорядилась иначе. На престол Франции вернулся представитель династии Бурбонов – Людовик XVIII. Он хотел восстановить дореволюционное устройство государства. При этом сторонники Бонапарта подвергались гонениям и репрессиям. Массово увольняли офицеров, которые служили под началом Наполеона. Ситуация складывалась как нельзя лучше для возвращения бывшего императора. И 26 февраля 1815 года Наполеон отплыл с Эльбы и первого марта высадился на южном берегу Франции. Навстречу небольшому отряду Бонапарта, держащему курс на Париж, были отправлены войска короля Людовика. Под Греноблем они готовились дать бой. Но Наполеон выступил перед королевскими войсками и произнес пламенную речь, обращаясь к армии.  Когда раздалась команда офицеров: «Огонь!», солдаты ответили  единогласным: «Да здравствует император!».

Короткая память у народа.  Наполеон утопил Европу в крови, положил в боях во имя своей славы сотни тысяч французов, больше половины всех взрослых мужчин Франции. В конечном итоге, страна потеряла все завоевания. Люди верят в величие императора и снова готовы пойти на смерть за него. И города Франции открывали свои ворота, а местные гарнизоны присоединяются к армии Наполеона. Снова перед Бонапартом открыта дорога на столицу. 20 марта 1815 года он вошел в Париж, не пролив ни капли французской крови и не сделав ни единого выстрела. Королевская семья в панике сбежала в Бельгию. Однако его возвращение на императорский престол заставило вновь объединиться европейским странам в новую  коалицию.

Когда дипломатия оказалась бессильна, Наполеон решил в последний раз повести за собой армию против Европы,  несмотря на численное преимущество новой коалиции.  И решающее сражение 18 июня 1815 при Ватерлоо⃰ с англичанами под командованием Веллингтона⃰ ⃰ ознаменовалось полным поражением для императора. Ожесточенное сражение длилось более 8 часов. Осознавая бесполезность дальнейшего сопротивления, он принял решение вторично отречься от престола и сдаться англичанам. С момента его возвращения и до повторного отречения прошло 100 дней. В истории это время так и назвали — Сто дней Наполеона. Теперь император был сослан на остров Святой Елены в Атлантическом океане. Этот остров часть заморского владения Великобритании, где Наполеону Бонапарту было суждено провести последние шесть лет своей жизни.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

⃰ Селение в Бельгии

 

⃰ ⃰⃰ Веллингтон Артур Уэлсли  – английский полководец, премьер-министр Англии, фельдмаршал.

 

русская православная церковь заграницей иконы божией матери курская коренная в ганновере

О Леонид Аранов

Читайте также

Наталья Резник: «О душе и пирожках»

Родилась в Ленинграде, окончила Ленинградский политехнический институт, по образованию – инженер. C 94-го года – в …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика