Старт // Новые статьи // Культура // РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ЧУДО*
Integrationszentrum Mi&V e.V. – Mitarbeit und Verständigung

РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ЧУДО*

ЛАНА СВИТ (АНГЛИЯ)

 

 

 

 

РОЖДЕСТВЕНСКОЕ  ЧУДО*

            (в сокращении)

 

Закончив домашние дела, Рита удобно устроилась в большом кресле у камина. В доме царила непривычная тишина. На столике грустила опустевшая любимая чашка. Душистый цветочный чай сделал своё дело – согрел и расслабил. Полумрак окутывал уставший за день дом.

В дверь тихо постучали. Не дождавшись ответа, кто-то очень осторожно ещё раз стукнул дверным кольцом и исчез так же внезапно, как и появился. На снегу чётко отпечатались следы, ведущие к дому напротив. Рита задумалась, перебирая возможные причины несостоявшегося визита. Современный уклад не обязывает соседей дружить домами и семьями. Чаще общение ограничивается утренними приветствиями и праздничными открытками.

…Никто не знал, откуда в небольшом коттедже по соседству появилась странная дама. Она была одинока, ни с кем не общалась. Неудобств и вреда никому не приносила. Тем не менее её сторонились. Более того, детвора и взрослые за глаза прозвали её «Гоблином» и даже побаивались. По великому секрету Вика, дочь Риты, сообщила, что с ними по соседству живёт не кто иной, как персонаж одной страшной сказки. Вопрос был спорный. Но чтобы окончательно не запутаться, приняли обоюдное решение присмотреться повнимательнее. Своей малышке, отличающейся неограниченным воображением, Рита убедительно пояснила:

– Вика, ну кто лучше тебя знает, что в сказках всегда побеждает добро? Мне кажется, что это – заколдованная принцесса из неоконченной сказки. Представляешь, сколько надо ждать, чтобы разрушить злые чары?

– Зачем ждать? Надо позвать в сказку прекрасного принца, который полюбит её, поцелует… – Тут неугомонная фантазёрка передёрнулась и наморщила свой курносый носик, видимо, представила, как прекрасный принц выполнит своё сказочное предназначение и… всех победит. – А потом позовёт нас на свадьбу, – чуть погодя добавила она с надеждой.

Юный эксперт детской волшебной литературы придумывала на ходу историю, которая помогла бы ей самой побороть страх и неприязнь. Да-да, слишком много несимпатичных деталей было собрано в одном женском образе. Крючковатый тонкий нос не испортил бы лицо соседки, если бы не распущенные волосы, которые свисали со лба и полностью закрывали глаза. Сутулясь, она быстренько выбегала из дома по своим хозяйственным делам и исчезала в нём так же неожиданно, как и появлялась. Неброская одежда в серых тонах оставалась её единственным выбором. Бесформенная вязаная кофта завершала образ странной горожанки. Что-то сказочно-зловещее чудилось в её облике. Это пугало детей, а испуг чад порождал недружелюбие родителей.

– Мамочка, а ты случайно не гоблин? – спросила в упор едва слышным дрожащим голосом любознательная девочка. Она смотрела прямо в глаза, требуя откровенного признания.

– А я и не знаю… Ты думаешь, что я на них похожа?

– Нет, – смутилась Вика, – просто ты – единственная, кто общается с… – Она, недоговорив, выразительно повела огромными оливковыми глазами в направлении дома, где обитал предмет обсуждения.

– Ты решила, что случайные пожелания доброго дня можно назвать общением? Послушай меня… – Мама тянула время. Ей надо было рассеять все опасения дочери. Не ровён час, доведёшь ребёнка до нервного потрясения. Надо же, современные дети легко принимают все изощренные эффекты супертриллеров, но дрожат при виде неприглядной соседки, наделяя её всевозможными сверхмагическими способности. – Послушай меня, было бы некрасиво не сказать человеку, живущему по соседству, «здравствуйте». Это совсем несложно, даже если он – гоблин. А если она, – повторение движения дочкиных глаз и переход на шёпот добавили убедительности, – всё-таки заколдованная прекрасная красавица, то у неё появится шанс на спасение. Хоть кто-то в этом огромном мире пожелает ей добра… Тогда и принц появится.

– Мам, а вдруг он уснул или лежит в дремучем лесу раненый? – не дожидаясь ответа, Вика на ходу сочиняла план действий. – Давай найдём его и всё узнаем. Чем дольше мы ждём, тем сильнее злые чары… Ведь только свадьба превратит гоблина в девушку…

– Никогда не слышал, чтобы страхолюдины после свадьбы становились пригожими девушками. В жизни всё наоборот, – внёс свою поправку отец Вики, который обычно не вмешивался в девчачьи разговоры.

– Ты утверждаешь, руководствуясь личным опытом? – с наигранным возмущением спросила Рита.

– Ну что вы, моя единственная и неповторимая королева. Это заключение – результат многолетнего общения с пострадавшими от сказочных метаморфоз.

Простив мужа своей королевской милостью, Рита снисходительно улыбнулась.

– Нет! Свадьба будет обязательно! – вернула всех к обсуждению Вика. – И я непременно пойду рядом с невестой! Давай! Давай найдём ей принца! Давай найдём, давай найдём! Ну хоть какого-нибудь, давай-давай! – подпрыгивая от нетерпения, малышка громко пела песню на слова своих желаний.

Рита и не предполагала, что разговор мог закончиться назначением её свахой.

– Нет! – сказала она строго. – «Какой-нибудь» не годится. Должен прийти настоящий, который сам её найдёт, увидит, полюбит настоящей любовью – от всей души. Только тогда злые чары будут рассеяны. Они просто сами испарятся. Там, где есть любовь, нет зла. А свадьба? Свадьба обязательно будет, потому что людям нужны радость и праздники.

Вика слушала с интересом, словно пыталась запомнить слова на всю оставшуюся жизнь. Такое редко случалось.

– И знаешь, – в заключение произнесла заговорщицким тоном мама, – это наша с тобой тайна. Никому, слышишь, ни-ко-му нельзя об этом рассказывать, – показала она глазами на недавнего участника таинственного разговора. Появление любого третьего лица означало провал. Даже если это любимый папа. – Чтобы всё было по-настоящему, тайна должна оставаться за семью замками. – Похоже, Рита чересчур увлеклась игрой. Надо было прекращать разговор и возвращать перепуганного ребёнка в нормальный мир. – А то приедет НЕнастоящий принц, сыграют НЕнастоящую свадьбу, а ты… ты будешь НЕнастоящей подружкой невесты! Да.

Последняя фраза помогла поставить точку. Быть ненастоящей – да ни за что! Рита хорошо знала дочь. Ради достижения цели она будет делать всё что угодно, даже молчать.

– Вот поэтому мы будем здороваться с соседями и хранить свои и чужие секреты. Договорились?

Ответом был тяжёлый вздох и опущенный взгляд…

– А открытки на Рождество можно дарить?

– Это… о-бя-за-тель-но!

Каждый год Вика с большой ответственностью подходила к созданию рождественской открытки для самой таинственной принцессы. Рита сожалела, что шедевры, выполненные в единственном экземпляре, не будут оценены по достоинству. Ответные поздравления попадали в почтовый ящик в течение следующих нескольких минут. Каждому члену семьи персонально по карточке. Они были разные, старомодные, но красивые, с короткой подписью «Счастливого Рождества!». Да, странностей у соседки хватало.

 

* * *

…Рита стояла у окна, пытаясь отвлечься от размышлений. Красота снежного убранства завораживала, но следы человека, постучавшего в её дверь, манили в другой мир. Что делать? Игнорировать? А вдруг что-то случилось? И Рита уже на ходу придумывала причину ответного визита. Она взяла коробку шоколадных конфет, но в последнюю минуту заменила её на домашний кекс. Такое приношение послужило бы хорошим поводом для визита. В почтовом ящике поздравлений на это Рождество от принцессы-гоблина ещё не было.

«Надо идти! Точно что-то случилось! А я стою и рассуждаю. Может, она нуждается в помощи! Эх, жаль, Вика с Димой уехали в парк аттракционов, а то была бы у меня ассистентка. Вот приедут и увидят уже расколдованную принцессу… Ладно, я закрутила эту сказку, мне её и раскручивать», – подбодрила себя Рита около двери соседки и постучала… В какое-то мгновение ей захотелось просто провалиться сквозь землю или прыгнуть в сугроб. Рита желала, чтобы никого не оказалось дома. Дверь открылась совершенно бесшумно, даже не было слышно поворота ключа. Создалось впечатление, что по ту сторону давно поджидали гостью, или жертву?..

– Добрый вечер, Рита! – имя пришелицы было выразительно выделено.

«Ой, как же ответить? Я и имени её не знаю», – мысленно ужаснулась Рита.

– Проходите, пожалуйста, – голос хозяйки никак не соответствовал внешнему облику.

«Какой голос! Она, должно быть, красиво поёт», – подумала Рита, переступая порог великой тайны.

В просторной прихожей ничего не говорило о предстоящих праздниках. Никаких декораций, только необходимые предметы и абсолютный порядок.

Молчаливое приглашение пройти в гостиную было принято с опаской, но деваться некуда – дверь захлопнулась. В комнате вместо рождественской ёлки на столике у окна стоял необыкновенно красивый букет из еловых веток. Несколько игрушек скромно украшали композицию, не нарушая гармонии. Рита огляделась и увидела над камином постер – огромная поздравительная открытка «для любимой Люси». Чуть потускневшие краски указывали, что работа выполнена давно.

– Мне очень нравится эта работа. Она достойна хранения, потому что имеет душу. А Люсѝ – это я… – грустно представилась хозйка и улыбнулась.

Рита увидела, что на каминной полке стояли все открытки, сделанные Викой.

– Ваша девочка очень талантлива. Наверное, все дети талантливы…

Рите было очень приятно слышать, что творчество непоседливой Вики оценено по достоинству. Напряжение постепенно спадало: детские шедевры бережно сохранены и имя хозяйки известно. С облегчением гостья села в мягкое кресло и утонула в его тёплом объятии. Очень робкое предложение выпить по кружечке чая напомнило о подарке.

– Ой! Я совсем забыла – это вам, домашний.

– Спасибо…  –  тихо ответила Люси и быстро вышла из комнаты, словно испарилась.

На кухне готовили чай. Что-то падало, хлопали дверцы шкафчиков. Излишняя суматоха говорила о том, что здесь давно не принимали гостей. Рита даже почувствовала себя виноватой. Но, с другой стороны, незваную гостью можно было оставить на пороге и высказать рождественские пожелания в сжатом формате. Отсутствие хозяйки позволило внимательнее рассмотреть гостиную. Длинная комната была разделена большой аркой, за которой многие детали тонули в полумраке. Но один предмет всё же выделялся – рояль. «Так, значит, здесь играют и поют», – приятно было получить очередное подтверждение своим догадкам. Со вкусом обставленная комната, как ни странно, выглядела неуютной. Всё было на своих местах – мебель, картины, светильники, цветовая гамма, но что-то не складывалось.

В дверях появилась хозяйка с подносом и пригласила Риту к столу.

Рита не могла придумать, с чего начать разговор.

– Этот кекс испекла я, – сказала она громко и отрезала кусочек, приглашая последовать своему примеру. – В магазинах столько вкусностей, что нет надобности тратить время у плиты. Но домашняя выпечка всегда лучше. В доме хоть изредка должно пахнуть печёным… Мне так кажется… «Кому это я говорю? Здесь и чай-то заварили только по случаю моего нежданного визита, а я про плюшки домашние… – продолжала уже про себя Рита. – Рецептами здесь делиться не придётся».

Молчание затягивалось. Люси словно хотела что-то сказать, но не решалась. Что её останавливало:  страх или недоверие?

Продемонстрировав интерес к деталям интерьера, Рита обнаружила на стене множество снимков. Это были большие и маленькие фотографии – застывшие мгновения чужой жизни. Но один портрет особенно привлекал внимание. Горделивая красавица надменно демонстрировала своё превосходство.

– Интересные фотографии…

– Вы имеете в виду портрет? – не дала закончить Люси. Она пристально смотрела на собеседницу.

«Ну вот ниточка и потянулась, хоть о чём-нибудь поговорим», – подумала Рита, а вслух произнесла:

– Да, эта красавица. Её взгляд не скрывает характер, и, догадываюсь, не одно мужское сердце было разбито ею… – Конец фразы сошёл на нет. Рита не спешила говорить всё что думала. Вот, опять молчание. Даже часы, стоявшие в углу, не издавали ни звука. – «В этом доме останавливается время, всё спит! Или замерло в предчувствии…» – испугалась Рита. Она просто окаменела. Ноги и руки словно налились свинцом. Даже голова стала тяжёлой: то ли от мыслей, то ли… «Это гоблин. Правда, гоблин! Сейчас я буду заколдована! Доигралась! И будут по городку бегать уже два гоблина. А как же мой принц? – Ужас пронзил сознание. – Димка будет искать… Риту, Маргушу и ни за что не обратит никакого внимания ни на кого, тем более на… О-о-о-ой! Вдруг он найдёт другую красавицу-умницу? А я буду ходить кругами и медленно умирать от тоски только потому, что однажды была чересчур любопытна!» – так думала Рита, испытывая тяжесть во всём теле. Она вдруг вспомнила поцелуи своего любимого. Как теперь жить без них?

Хозяйка на какое-то время задумалась, а у Риты появилась возможность детально осмотреть себя. «Руки пока не изменились, пальцы не раскорячились. Даже колечко –  первый подарок мужа – осталось на месте. – Ноги не попали в поле зрения. Взгляд остановился на бюсте. – О, ещё на месте! – успокоилась Рита.

– Это фотографии близких мне людей и мои портреты, – голос Люси вернул гостью в реальную жизнь.

– Ваши? – произнесла Рита.

– Да. Родители развесили их, чтобы количество изображений единственной дочери компенсировало её длительное отсутствие и невнимание. Такая вот у них была дочь – умная, красивая и… жестокая, – тихо добавила Люси дрогнувшим голосом. – Но они гордились ею и даже любили.

Успокаивать человека, которого не знаешь, трудно. Что можно сказать в поддержку?.. Любые слова будут неискренними. Лучше молчать и слушать. Рита слушала и молчала. И размышляла, почему Люси грустно говорить о родителях? Это же так естественно: в каждой семье растёт уникальный ребёнок, самый лучший в мире. И пусть он будет непослушным, но его проказы и ошибки всегда будут самыми милыми и невинными. Такие вот они, родители. Неужели этим вечером Рите предстояло выслушать историю о непонимании – вечной проблеме отцов и детей?

– Мои родители переехали поближе к столице из-за меня. Они считали, что это сократит расстояние между нами. Я же считала по-другому. Не могу сказать, что карьера была моей единственной жизненной прерогативой…

Рита слушала одного человека, а представляла в своём воображении совсем другого. Гоблин, шныряющий по улицам их небольшого городка, когда-то делал карьеру? Тем не менее Рита уже имела доказательство того, что перед ней сидела ну если не заколдованная принцесса, то точно красавица!

– Я легко добивалась поставленных целей. Скорее это были не цели, а капризы или желания, в исполнении которых я никогда не сомневалась. У вас когда-нибудь испонялись желания? Хоть самые скромные? – Люси не ждала ответа. Рита была избрана на роль слушателя, или судьи?.. – Мои желания исполнялись всегда. Сначала их выполняли родители. Глубину отношения друг к другу они доказывали демонстрацией безграничной любви ко мне. Я была для них связующим звеном и принимала это как должное, не задумываясь о том, есть ли у них в жизни что-то ещё кроме меня. Вот к каким отношениям я привыкла.

Время стёрло остатки гордости и надменности во взгляде Люси. За столом сидела уставшая женщина, в глазах которой застыла безграничная пустота. Только одно настораживало Риту. Пустота! Дом был с довольно привлекательным интерьером, но этого оказалось недостаточно, чтобы он дарил уют своим обитателям. Любой дом – отражение души человека, поселившегося в нём. Неужели Люси погасла? Чай остыл, кекс лежал на блюдце нетронутым. Погружаясь постепенно в чужую жизнь, Рита не сравнивала себя с рассказчицей. Разница в возрасте, укладе жизни не давала возможности проводить аналогии.

– У меня было всё, но времени посидеть вот так за столом, никуда не спешить я не находила, – тяжело вздохнула хозяйка. – Такая мелочь, но когда она остаётся безвозвратно потерянной…

Рита уже догадалась, что не зря Люси уделила внимание исполнению желаний. Какое желание было у Риты? Разве можно спрашивать у женщины о единственном желании? Хотя ответ может быть такой: единственное моё желание – исполнение всех моих желаний! Конкретно в тот момент хотелось разгадать тайну загадочной соседки.

– А у вас это есть, – продолжала свою исповедь Люси. – У вас есть то, от чего я умышленно отказывалась. Это надо было принять как подарок и беречь. Я же делала всё наоборот. Простое счастье, которое пыталось войти в мою жизнь, я всячески гнала прочь. Люси посмотрела на гостью. – Мне очень симпатичны ваши дочь и партнёр…

– Муж, – поправила Рита.

– Муж?.. – удивилась хозяйка дома, словно понятия «муж» и Дима не соответствовали друг другу. – Никогда не представляла, что документально оформленные отношения могут сохранить романтичность. Вы… Вы растворились в доме, наполнив его любовью, ничего при этом не потеряв. И ваш партнёр… муж, – незамедлительно исправила свою ошибку Люси,     – смотрит… нет, любуется вами. Мне кажется, что он завидует сам себе…

«А может, это вы завидуете мне?» – подумала про себя Рита и даже чуть-чуть испугалась. Оказывается, за ними следили. А они и шторы не закрывали. Живут себе люди и не догадываются, что развлекают любопытных, подглядывающих в чужие окна.

–  Ваша девочка единственная из всех детей в округе здоровается со мной. Так забавно и приятно наблюдать, как она придумывает повод выйти из игры на короткое время, чтобы приблизиться ко мне, поздороваться и незаметно присесть в реверансе, словно приветствует коронованную особу.

«Заколдованную!»  – мысленно поправила Рита.

– Мои чувства были кем-то заморожены. Или заколдованы? – прозвучал в тишине загадочного дома риторический вопрос.

Риту бросило в жар от осознания, что здесь и мысли читают! Такое длительное рассуждение на тему «Кто виноват?» должно когда-то перейти в следующее звено логической цепочки – «Что делать?».

–  Вы ищете виновных?

– Нет! Как ни странно, я знаю главного виновника в лицо. Но легче от этого не становится. За этим порогом осталась жизнь. Нет, точнее, она продолжается там, а здесь всё остановилось. Даже время…

Этот факт обрадовал гостью, подтвердив недавние предположения.

– Вы заметили, что часы стоят. Нет, я не забыла поменять батарейку. Она им и не нужна, надо просто завести, потянув за цепочку. Так получилось, что часы, камин, рояль, как и многое другое в этом доме, заснули вместе со мной.

Разговор вернулся к фотографиям на стене.

– Среди фотографий близких мне людей нет одного человека. Рита, – обращение по имени настораживало, – вам я могу сказать, что здесь нет фото моего любимого человека. Я думала, что, не видя его лица, я скорее всё забуду. Нет, не получается. Понимаете, ведь иногда даже близкие люди ссорятся.

– Понимаю, ведь и наши отношения не такие безоблачные, как вы думаете, – подала голос Рита.

Люси в изумлении замолчала, потом подняла голову и запрокинула волосы назад. Рита ахнула. Перед ней сидела почти её ровесница. Открытое лицо имело абсолютное сходство с портретом. Крючковатый нос оказался классическим римским очень сдержанного масштаба, только причёска нуждалась в коррекции. А глаза… Во взгляде новой Люси от гордости и самоуверенности не осталось и следа – слёзы отчаяния всё смыли.

– Так получилось, что мы были знакомы со студенческой скамьи. То, что Грегори был самый лучший, я понимала. Но сомневалась. Не потому что ждала лучше, просто не была готова. Время шло. Он не проявлял особой активности, но всегда был рядом. Я к этому просто привыкла. Наши отношения стали меняться, когда мы случайно получили работу в одной крупной компании. Это был знак свыше. И опять я думала, приглядывалась, сомневалась. Самый лучший и успешный был уже в моём плену. Он не стал рабом, нет, но добровольно посвятил свою жизнь мне и назвал это счастьем. Вы, Рита, можете в это поверить? Я – не смогла.

Рита пыталась понять, каким образом её нынешняя соседка могла очаровывать мужчин. Не всегда, конечно, внешность играет роль, да и характер, как оказалось, не сахарный. В чём тогда изюминка?

– Я не могла сказать «люблю», потому что не чувствовала, как сейчас модно говорить, химии. Кстати, вы знаете, что это такое?

Рита пожала плечами. Ощущение радости от близости любимого человека в её сознании ассоциировалось с трепетным порханием бабочек в области солнечного сплетения. Словно миллионы солнечных лучиков соединялись в невидимой призме и освещали душу изнутри. Яркие бабочки-эмоции сливались в едином танце. Иногда они сбивались в большой разноцветный клубок, из которого, казалось, не выбраться. В такой тесноте можно легко запутаться крылышками и погибнуть. Но кто-то свыше повелевал им распутываться и дружно слетаться для нового чувственного танца. И никакой химии!

Люси никогда не слышала про бабочек.

– Как-то после корпоративного выезда за город мы не разбежались по домам, а долго гуляли по улицам. Знакомый город стал близким и родным. Всё выглядело по-другому. Был вечер, но вместо уличных фонарей я видела бесчисленное количество светлячков, которые освещали всё вокруг…

Да, то был удивительный вечер. Внезапно начавшийся дождь подтолкнул прогуливающуюся пару обняться. Впервые Люси посмотрела в его глаза и, не испугавшись глубины, прильнула к ещё не промокшему защитнику. Оказывается, сила женщины в её слабости. Что-то ненужное исчезло в сознании, чтобы освободить место для нежности. Мир вокруг менялся. Но настроение расцветающей красавицы не было стабильным. Она постоянно удивляла своего единственного. Эти драматические перемены настроения напоминали аттракцион «Американские горки». Грегори верил, что однажды они сядут в тележку вместе и ему предоставится возможность управлять движением. Весь его мир был низложен к её ногам. Он не пропускал ни одной знаменательной даты, чтобы превратить её в праздник. Его фантазии не имели границ.. На вопрос «зачем?» последовал удивительный ответ, ему хотелось поделиться счастьем и доставить всем радость. По своей натуре Люси не любила сюрпризов. Любая неясность, тайна выводили её из себя. Даже подарки предпочтительно было обсуждать с ней заранее. Накануне дня рождения любимой Грегори предупредил о готовящейся поездке. В тайне оставался только маршрут следования. Грегори звонил каждый день. Всё было замечательно, но…

– В следующий раз мы поедем вместе. Хорошо?

– Куда уж лучше! – Грегори светился от счастья, но это не все видели. – Ты, пожалуйста, настройся на то, что день только начинается, тебя ещё ждут сюрпризы.

– Спасибо за предупреждение.

Люси присматривалась к каждому уголку. Она готова была заглянуть и под самый маленький кустик в парке, пересмотреть все камушки и ракушки на побережье, но ничто не выдало тайны. За полчаса до ланча Люси получила огромную коробку с цветами. Именинница догадалась, кто отправитель. Она попыталась выйти с ним на связь, но безрезультатно: «Что ж, раз так, буду радоваться в одиночку!»

Удивительной красоты шёлковое парео и национальное украшение должны были «выйти в свет» вечером. Администратор по телефону вежливо напомнила о режиме работы ресторана.

«Ах да! Они же видели мой паспорт. Приготовили какой-нибудь комплимент от отеля», –успокоилась Люси.

В вестибюле её ждало построение персонала с цветами. Дежурный менеджер пригласил девушку в отдельное бунгало, где её ждал… Грегори!

– С днём рождения! Я не выдержал и приехал. Знаешь, глупо слушать рассказы об удивительном отдыхе с единственным недостатком – отсутствием меня. Приезд Грегори был основным сюрпризом. Только он не дождался вечера и появился на несколько часов раньше. Оценив поступок, конспиратора в честь праздника помиловали. Надо сказать, что это было замечательное время. Понимала ли она, что это и есть счастье, которое надо беречь вдвоём?

Однажды Грегори исчез: он отсутствовал на работе, телефон упрямо молчал. Спустя несколько дней автоответчик сообщил своей хозяйке, что о ней думают.

–  Я не могу сказать, что сильно обиделась. Его родители и родственники, как и мои, жили в пригороде. С одной стороны, всё было понятно – Грегори мог срочно уехать. Но с другой      – возмущению не было предела. Почему мне не сказали?.. – Люси тяжело вздохнула. События тех дней оказались переломными в её жизни.

…Наконец определитель номера на телефоне высветил его имя.

– О! Вы вспомнили не только как пользоваться телефоном, но и смогли набрать мой номер?

На другом конце провода улыбнулись. Энергия улыбки передалась вопреки всем законам физики.

–  И это не смешно! – стараясь голосом показать своё возмущение, продолжала Люси.

А Грегори радовался, что о нём думали и даже волновались. Значит, всё идёт правильно. Выслушав полное собрание негодований и строгих нотаций, мужчина мягким голосом сообщил, что вечер они проведут вместе, и положил трубку.

Такого завершения разговора нельзя было представить даже в страшном сне. Её лишили последнего слова и не дали поставить точку!

К назначенному часу Люси подготовилась серьёзно: дверь закрыта, телефон отключён. Более того, она успела оформить отгулы, чтобы исключить возможность общения на работе. Поначалу ей доставляло удовольствие считать телефонные звонки и сигналы домофона. Часам к одиннадцати вечера наступила тишина. Несколько следующих дней определитель показывал имена звонящих родственников. Группа поддержки со стороны сестры Грегори не на шутку рассердила добровольную затворницу. Люси решила поделиться своими победами  – позвонила маме. Не потому, что хотелось поплакаться и вызвать жалость, нет. Просто нужен был хоть какой-то слушатель. А мама подходила для этой миссии лучше всех. Но неожиданно она, всю жизнь восхищавшаяся поступками своего ребёнка, не стала рукоплескать. Вооружившись терпением, Люси продолжала ждать. Никто уже не беспокоил, никто не звонил, даже подруги, которые обещали нагрянуть. Одиночество это было или свобода – Люси не поняла. Но несмотря на душевное волнение ей было хорошо. В воскресенье после обеда она машинально ответила на звонок. Современный человек не может долго быть изолированным от мира.

– Алло!

На другом конце провода администратор модного в городе ресторана выражал сожаление, что мадемуазель не смогла присутствовать на ужине. Но они с удовольствием отправят к ней курьера.

«Подкуп», – констатировала непреклонная красавица, держа в руках маленькую, почти невесомую посылочку. Цена перемирия была велика – кольцо! – «Очередные фокусы? Никакой пояснительной записки. Непонятно. Это надо вернуть…»

В доме вдруг оказалось невыносимо жарко. Выйдя на улицу, она не получила желаемой прохлады. Только в парке у озера стало чуть-чуть свежее. По дороге домой внимание привлёк небольшой букет цветов на остановке. «Кто-то не дождался», – снисходительно улыбнулась Люси. Воспоминания о сиротливо лежащих на тротуаре цветах сменили гнев на милость. Решение о «помиловании» подняло настроение.

Люси в очередной раз взяла паузу. Она подбирала слова, чтобы слушательница не строго осудила за произошедшее. Слёзы текли из глаз.

– Я даже не присутствовала на его похоронах!.. – эта фраза обожгла Риту.

– Рита, понимаете, моя глупость, необъяснимое упрямство сыграли со мной очень злую шутку. С сестрой Грегори у нас были дружеские отношения. Мне ничего не стоило приехать к ней без звонка… – Люси проживала заново события тех дней.

Шокированная произошедшим, Люси всё бросила и решила скрыться за стенами семейного дома и вернулась к родителям. Любящие своего единственного ребёнка, они должны были оправдать все её проступки. Гордая беглянка навсегда покинула место, где могла быть счастлива. Близкие тяжело перенесли печальное известие. Вспомнилось, как мама в период «великой паузы» робко советовала переступить гордыню.

– Неужели ты не хочешь узнать, что с Грегори?

– Мне это совершенно безразлично. Ну что у него может произойти?

– Ты это серьёзно? – едва слышно спросила мама.

– Абсолютно! Он должен пострадать, а потом попросить прощения. Пусть только придёт!

– А если не придёт? – еле слышным голосом спросила мама.

– Он? И кому от этого будет плохо?

Изначально вопрос носил риторический характер. Но жизнь, как оказалось, очень быстро дала на него ответ. Мать и дочь практически не общались. Избегая друг друга, никогда не оставались наедине, словно обе боялись продолжения того рокового разговора. Может быть, от печали и переживаний за дочь ещё непожилая женщина однажды утром не проснулась. Отец не заставил себя долго ждать, ушёл из жизни вслед за женой уверенным, что в этом мире он уже никому не нужен. Наступило абсолютное одиночество. Люси думала о своей жизни, о потере близких и дорогих ей людей. Стыд выжигал слёзы, а страх прятал от людского правосудия. Так она постепенно превратилась в гоблина, наказывающего себя каждый день, каждое мгновение. Разбирая личные вещи родителей, Люси обнаружила, что они постоянно писали друг другу письма. Это были непростые записки. Люси открылся удивительный мир взаимоотношений нежных и любящих людей.

– Почему я этого не замечала раньше? – рассуждала сквозь слёзы Люси. – Я всегда думала, нет, просто была уверена, что любить они могут только меня. Как мне казалось, они всю свою жизнь только и соревновались, кто же больше и сильнее любит… меня… Сейчас я многое поняла. Только время исполнения желаний прошло. Мне очень не хватает материнского тепла. Я хочу, чтобы она пришла и сказала всё то, что я действительно заслужила. Но время упущено. Знаете, я стала носить некоторые мамины вещи. Нет, не подумайте, что мне нечего надеть. Мне кажется, что это может хоть как-то соединить нас и согреть меня. Странно, да?

В очередной раз тишина заявила о своём главенстве в этом доме.

– Извините меня, я нарушила ваши планы на вечер. Каждое Рождество я отправляла вам всем по открытке из маминой шкатулки. Это самое дорогое, что у меня осталось от родителей. Мне казалось, что в них есть любовь и тепло, которые царят и в вашем доме. Каждый раз я переживала, где окажется моя открытка. Ой, это не моё дело… – Видно было, что она мучается вопросом, что с ними стало. – Сегодня оказалось, что мне нечего вам подарить…

– Вы отдали… подарили нам все открытки?..

Люси кивнула и улыбнулась. В вопросе Риты было удивление – Люси отдала незнакомым людям самое дорогое.

– Я перерыла всё в доме – ничего не осталось, да их и немного-то было. У меня появилась причина выйти из дома и постучать в вашу дверь. А потом я убежала, испугалась, наверное. – Моё одиночество крепко связало меня страхами. Я столько лет боялась людей и их суда. Но, решив за них, сама себя наказала. Вы пришли из того мира, где мне тоже могло бы быть хорошо. Я очень хочу… – Люси остановилась, словно приготовилась к прыжку, и добавила:       – Вернуться.

Рита не верила своим ушам. Последняя фраза прозвучала очень тихо, чтобы никто не услышал. А глаза молили о помощи.

–  Рита, вы не могли бы сходить со мной на рождественский базар? – Неожиданный поворот. Эта часть разговора не имела никакой связи с предыдущими откровениями. Всё, что услышала Рита, могло служить предисловием к чему-то важному. Но не к приглашению же в супермаркет?

– Зачем? – как-то вот так глупо, вопросом на вопрос.

– Я не сказала вам самого главного…

«Так это ещё не всё? Поистине любопытство в предрождественские вечера чревато раскрытием немыслимых тайн!» – подумала Рита и с участием и вниманием посмотрела на собеседницу.

– Всё это время я имела возможность наблюдать за вашей семьёй…

«Спасибо за честность, уже знаем», – продолжала мысленно комментировать Рита.

– Я не завидовала – я училась. Я, признаюсь, однажды даже подумала, что готова встретить… не такого, как ваш Дима… и не такого, как… он. Но ведь и я уже другая! – Она хотела получить от Риты поддержку и лицензию на начало новой жизни. Ведь даже при таком раскладе нельзя отказываться от счастливого завершения истории.

–  Посмотрите, – Люси поправила волосы и улыбнулась, грустно улыбнулась, но уже по-доброму.

– Я даже полюбила соседских детей, несмотря на то, что они называли меня Гоблином.

В этот момент Рита сильно испугалась: «Неужели она слышала, как мы её называем?»

– Не знали? – Люси улыбнулась. – Ну, а как можно назвать человека, спрятавшегося от мира? Глядя на вас, я захотела жить. Помните, как у Ганса Христиана Андерсена? Гадкий утёнок вырвался из своего укрытия и направился к прекраснейшим птицам. Он даже был готов умереть… – Люси смотрела с мольбой, словно, разговаривая с Ритой, она говорила со всеми теми, кто находился в её мыслях все эти годы, и просила у них разрешения выйти на свободу.

– Вы, Люси, ещё встретите своё счастье, потому что уже не сможете пройти мимо него. Да, вам надо только выйти из дома. Гадкий утёнок был готов умереть, а сам оказался одной из тех прекрасных птиц. И знаете, будьте смелой. Ведь, рискнув однажды, можно остаться счастливой навсегда.

– Да, я слышала об этом… Но это только слова…

– Нет!

–  У вас есть доказательства? – чуть с хитринкой поинтересовалась сомневающаяся Люси.

Ритина история обрывалась и воскресала в течение нескольких лет. Но однажды она взяла и просто поцеловала Диму…

– Да ну!

– По-дружески… – Улыбнулась Рита, вспомнив тот момент. – После начались более частые встречи. Он постоянно придумывал, чем нам вместе заняться, мы отправлялись в удивительные поездки. От его идей кружилась голова.

– Подумать только – один поцелуй…

Неожиданно Рита увидела в окно машину, подъезжающую к дому. Дима и Вика вернулись с прогулки.

– Вам надо домой? – с сожалением спросила Люси и, не дожидаясь ответа, попросила: – Рита, я очень надеюсь, что мы продолжим наш разговор… Можно мы куда- нибудь сходим?

– Я согласна! Мы обязательно пойдем по магазинам, парикмахерским и салонам на целый день, а то и ещё на денёк там затеряемся! – поддержала предложение Рита – а так хотелось сказать, что, прежде чем выходить, надо посетить парикмахерскую.

Шлейф произошедшего чуда проник в дом со снегом на подошвах сапожек. Дима и Вика заметили особый блеск в глазах и без того прекрасной красавицы. Получив загадочное объяснение, что в их отсутствие пришлось немного поволшебничать, Вика успокоилась. Дима же проявил повышенный интерес. Нельзя сказать, что он настаивал, но взглядом красноречиво намекал, что не мешало бы пошептаться. Безрезультатно.Тайна должна была какое-то время ещё потомиться. Через несколько дней леди провели необыкновенный день. Узнав, что все открытки бережно сохранены, Люси сделала подарок – рождественский постер ручной работы.

– А Викины открытки я буду хранить у себя! – уже шутила и улыбалась возрождённая принцесса. – Я решила уехать. Мне надо всё изменить, и я хочу начать жить. Я готова снова мечтать и загадывать желания… благодаря вам. Вы меня не только разбудили, но и заразили состоянием счастья.

* * *

Не успев переступить порог дома, Рита попала под шквал Викиных вопросов.

– Я видела, ты подвезла к дому Гоблина элегантную даму. Кто это?

Как же ей хотелось услышать, что это волшебная фея, которую направили с проверкой перед появлением принца. Надо отметить, Вика была не только любопытна, но и догадлива.

– Мама, это ты её такой сделала? Мама! – Восторгу не было предела. – А принц? Ты его видела?

– Милая моя, я ничего не сделала, почти ничего.

– Хммм… Честно?

– Одна бы я не справилась. Нас было много: твоё доброе сердечко, желание Люси, да, так зовут нашу расколдованную принцессу, папина забота о нас и моя смелость. Хотя, признаюсь, я очень боялась.

– А принц? Он приехал?

– Нет. Пока нет. Но я уверена, что они скоро встретятся, потому что добрые желания исполняются…

– А мы обязательно им поможем! Да?

– Обязательно… Чудеса всегда приходят к тем, кто верит.

Вечер заглядывал в окна городка. В доме напротив ждали счастья. Дима осторожно подошёл и обнял свою милую чародейку. Нетрудно было догадаться, какие сногсшибательные идеи витали в её голове.

– Завтра куда летишь? По делам или так? – не скрывая иронии, поинтересовался домашний принц.

– По делам…

– Ничего не говори. Я попробую угадать – у тебя есть гениальный план, – кивнул он в сторону соседских окон, сверкнув искорками оливковых глаз.

Утром Рита никуда не полетела, просто поехала искать госпиталь, откуда несколько лет назад поступил трагический звонок. Чтобы помочь Люси попрощаться со своими ошибками, надо было найти место последнего пристанища Грегори. У Риты были скромные сведения о нём. Решено проверить все медицинские учрежденияв округе. Задача была поставлена неосуществимая. Но её надо было выполнить во что бы то ни стало. В регистратуре второго медицинского учреждения Риту тоже не поняли. Пришлось несколько раз рассказать историю Люси. И вдруг выяснилось, что Грегори не умер! Пожилая приятная дама с извинениями сообщила о случившемся недоразумении. Кто-то в госпитале ошибся и передал скорбную новость не по адресу. Через некоторое время стало известно об ошибке, но состояние Грегори не вселяло надежды на быстрое выздоровление. Поэтому его сестра после трагических событий, не сочла нужным продолжать знакомство с Люси. Она сильно обижалась и приняла страшное решение: для Люси Грегори умер. Надежды на выздоровление почти не было. Потом Грегори бредил. Он помнил только свою любимую. Длительный период реабилитации остался позади, но самое тяжёлое ему ещё предстояло пережить – он должен был принять новую жизнь без своей единственной. Остолбенев от новости, Рита не верила ни милой женщине, ни своим ушам. Она стояла в вестибюле и не представляла, что делать дальше. Новость, радостная и неожиданная, меняла все планы. Подошедшая сотрудница отвела Риту в сторону. Нарушив правила, она с радостью рассказала о необычном пациенте.

– Вы – Люси? – Молчание было принято за ответ. – Вы очень красивая… Он только о вас и вспоминал, он любит вас. Словоохотливая медсестра готова была отчитаться за каждый день пребывания Грегори в госпитале. Видно, что в течение всего времени здесь очень ждали появления еще одной женщины – Люси.

– Кроме Лоры, сестры, никого и не было. Она тоже про вас часто спрашивала. Понятно, ваша командировка… Лора решила не тревожить вас. Да и чем бы вы помогли?

«Заботливая родственница»,  – очнувшись от шока, в сердцах подумала Рита. – Его можно навестить?

– Так его сестра забрала. Сами понимаете, трудно быть одному. Праздники.

Рита вернулась домой быстро, с порога сообщила ошеломляющую новость и предложила срочно сделать две пригласительные открытки. Вика взялась руководить творческим процессом.

– Мамочка, так что, принц появится?

– Девочка моя, принцы всегда появляются. Они обязательно встречают своих принцесс. Здесь спешить нельзя. Скоро только сказки сказываются… – вмешался папа и обратился к своей королеве и по совместительству местной волшебнице. – Рита, а ты придумала, где произойдёт встреча?

– Нет, не успела! – испугалась Рита и рухнула в кресло. – Вот и всё, а мы так старались!..

Чудо, которому суждено было вот-вот свершиться, разбилось о действительность – даже в самых захудалых кафе и ресторанах все места были зарезервированы задолго до праздников. Книжка с удивительной сказкой захлопнулась на самом интересном месте. Под длинными ресницами уже собирались слёзы. Неужели всё напрасно?.. Можно, конечно, позвонить Грегори, рассказать. Но пропадёт чудо. Рита свернулась клубочком в кресле. Любимый плед не только укрыл свою хозяйку, но и отгородил её от мира, в котором принцессы, не дождавшись принцев, расколдовываются и идут искать любимых. Вика поднялась в свою комнату и громко захлопнула дверь. А в доме напротив горел свет и звучал нарушивший многолетнее молчание рояль.

– Девчонки, собирайтесь! – вдруг разбил тишину голос Димы. Он стоял одетый и обутый. – Объявляю общий сбор. Срочно одеваться и ехать!

Рита смотрела на всё происходящее со стороны. Хорошо знакомый мужчина громко говорил, двигался по комнате, держа в руке бутылку шампанского, протягивал конверт и виновато улыбался. Потом появилась симпатичная девочка, которая что-то пыталась объяснить, размахивая двумя самодельными открытками. Мужчина и девочка были похожи на Диму и Вику.

– Ритуль, очнись! Просыпайся!

– Мама, мамочка, наша сказка не закончилась! Не плачь! Наш папа тоже волшебник! – сказала Вика и добавила: – Волшебник-студент.

– Да, я учусь, но любовь к вам, дорогие мои, помогает творить любые чудеса. Быстро в машину. Я по дороге всё объясню.

В машине Дима рассказал о своём рождественском подарке – романтическом ужине. Места были заказаны в одном из лучших ресторанов города. Старинное здание в парковой зоне очень походило на сказочный замок.

– Дима, ты самый замечательный человек… Я тебя люблю… Очень.

– Не стесняясь, спрашиваю: за что? За то, что я на Рождество заточил свою принцессу в домашней крепости?

Рита от души смеялась, радуясь продолжению сказки.

– Нет, не за это, а за всё другое! И дома мы сидеть не будем. Мы… Мы пойдём лепить снеговиков!

– С превеликим удовольствием. Давно пора слепить «снеговичка», – согласился студент-волшебник, не скрывая творческого порыва.

– А я? Вы про меня-то не забудьте! – Вика осторожно напомнила о себе счастливым родителям.

…Подъезжая к «замку» с разных сторон, ещё ничего не подозревавшие Люси и Грегори бережно держали в руках пригласительные билеты ручной работы. Начиналась новая сказка.

Вот такое чудо случилось под Рождество в заснеженном  пригороде одного мегаполиса. Оно не изменило огромный мир. Но маленькая девочка запомнила на всю жизнь, что чудеса приходят, желания исполняются, а любящие половинки встречаются и берегут друг друга, чтобы оставаться одним целым. Надо только захотеть. Очень-очень!

 

————————————————————————————————————————

 

*ЛАНА СВИТ (АНГЛИЯ) родилась в семье советского военного лётчика в городе Белая Церковь. Частые переезды семьи по всей стране зало­жили в сознание Ланы страсть к путешествиям. В школьные и студенческие годы играла в народном театре. Закончила педагогический университет в Киеве. Здесь состоялась первая проба пера – сценарии для университетских праздников и агитбригад, рассказы, сказки. После окончания университета работала в одной из стран Северной Африки. В настоящее время живёт и работает в Великобритании. Литературное творчество успешно совмещает с педагогической деятельностью. Одной из целей её деятельности является сохранение связи пре­бывающих вдали от дома соотечественников с родной культурой и языком. Награждена памятной медалью «За труды в просвещении» и благодарственным письмом от Московской Патриархии. Автор книги «Переписанная память» (повести и рассказы).

 

русская православная церковь заграницей иконы божией матери курская коренная в ганновере

О inter-focus.de

Читайте также

Непобедима лишь любовь…

Наталия МАВРОДИ М12 Голос времени, сборник стихов – Л: Друкарский двор Олега Фёдорова, 2020, – …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика