Старт // Новые статьи // Культура // История // Король приключенческого жанра
Integrationszentrum Mi&V e.V. – Mitarbeit und Verständigung

Король приключенческого жанра

Идолом моего детства был Тарзан, герой трофейного киносериала. Его победный клич долго нёсся по городам и весям бывшего Союза. Думаю, он был секс-символом, но мы о таком не подозревали. До сих пор живы в памяти строчки из стихотворной апологии: «За хижину Тарзана, за диких негров джаз я б отдала квартиру, где телефон и газ».

 

А для поколения нынешних сорокалетних кумиром стал Виннету из сериала «про индейцев» (совместное производство ФРГ и Югославии). Благородного и бесстрашного краснокожего вождя играл народный любимец Гойко Митич. В титрах каждого фильма стояло: «По роману Карла Мая». Но книги этого писателя у нас в магазинах и библиотеках отсутствовали. Зато сейчас можно приобрести сразу 12 томов (а у немецких его поклонников на полках стоят все 80 !). Кто же такой Карл Май?

                                  

Фантазёр и воришка из Саксонии

     В автобиографической книге «Моя жизнь и карьера» (1910) он предстаёт этаким бароном Мюнхгаузеном: в жизнеописании столько выдумок и хвастовства, что отыскать крупицы правды почти невозможно. Его мания величия доходила до того, что он всерьёз уверял, будто был распят на кресте. Его фантазию ничто не сдерживало, он врал и верил самому себе. Но самое поразительное в том, что читатели бредили его выдумками.

     Жизнь Карла Мая не похожа на обычный творческий путь писателя-классика. Он родился в 1842 году в бедствующей семье саксонского ткача. Из 14 детей выжили только Карл и две его сестры. На первом году жизни он ослеп. Его растила бабушка, её сказки переносили мальчика в волшебный мир, его видение мира осталось фантастическим и тогда, когда врачи смогли ему, пятилетнему, вернуть зрение. Несмотря на жестокую нужду, Карл после школы поступил в учительскую семинарию.

     Уже там он совершил проступок: украл перед рождеством несколько свечей, чего ему не простили. Дальше – больше: уезжая на каникулы и желая шикануть дома, он позаимствовал часы и трубку у соседа по комнате. Вернувшись, он их вернул, но попал под суд и был приговорён к 6 неделям тюрьмы. Это были цветочки: за кражи и мошенничество он провёл в тюрьмах Саксонии 12 лет. В заключении он времени не терял: возглавил церковный хор и перечитал всю обширную тюремную библиотеку. Выходя на свободу, 32-летний Карл Май был твёрдо уверен, что станет преуспевающим литератором.

 

                                           Небывалый успех и его секреты

   Идея писать «индейские» романы в духе Фенимора Купера завладела им ещё в тюрьме. Освободившись, он начал репортёром, был «литературным негром», т.е. по дешёвке продавал издателям сентиментальные поделки, которые печатались анонимно. Так он набивал руку. Затем Май основал журнал «Семейное богатство», в котором печатал свои авантюрные новеллы и романы.

   Карлом Маем всю жизнь двигала страсть к самоутверждению. Он рискнул вступить в соревнование с такими мастерами авантюрного жанра как Жюль Верн, Майн Рид и Стивенсон. Через 10 лет судьба его вознаградила: он добился неслыханного успеха, он стал самым продаваемым беллетристом, в Германии ему не было равных по популярности.

     Читатель полюбил романы «На дальнем Западе», «Сокровище серебрянного озера», «Чёрный мустанг», «Верная рука – друг индейцев» про Виннету и его бледнолицего брата Олдшеттерхэнда, потому что автор не подавлял его умственным превосходством и художественным даром, а был с ним запанибрата, абсолютно на равных. А главное – Май уловил более чётко, чем другие его пишущие современники, что неискушённый читатель, прежде всего, жаждет новых впечатлений и переживаний. Не каждому суждено исколесить верхом на коротконогой берберской лошадке Тунис и Марокко. Не всякому довелось объезжать диких мустангов. Своим бойким пером Карл Май реализовал грёзы гимназистов и мастеровых.

                        

Как штампуются шедевры тривиальной литературы

Массовая, или тривиальная литература появилась вместе с печатным станком Гуттенберга. Она не просто появилась, она шла нарасхват. В ХIХ веке куда большей популярностью, чем Пушкин и Лермонтов, пользовались Загоскин, Кукольник, Лажечников и их многочисленные подражатели. С течением времени меняется мода, в том числе и литературная, но спрос на сенсационное, завлекательное чтиво не падает.

Пальму первенства поныне держат англосаксы: они подарили читателю не только «готические романы», но и «Гарри Поттера». На пятки наступают французы. Рецепт их массовой продукции раскрыл Цвейг: «Сочинители без зазрения совести швыряют в свой дьвольский котёл яд и слёзы, непорочных дев и корсаров, кровь и ладан, подлую низость и благородное мужество, ведьм и трубадуров, а затем вымешивают из всего этого крутое романтически-историческое тесто и выпекают пирог, который поливают ещё леденящим душу соусом из призраков и кошмаров». Когда-то юный Бальзак шёл по этой проторенной дорожке, однако стряпню такого рода он не подписывал своим именем. Но вот пробил час и для немцев: в Саксонии родился Виннету.

   У Карла Мая свои нехитрые рецепты. Он их позаимствовал у Купера, Майн Рида и других американских романтиков, но при этом известные сюжеты усложнил, мотивы поступков упростил, действие сделал ещё динамичней. Он обещал читателю эмоциональную встряску и держал слово.

   Обычно его романы открываются картиной выразительного пейзажа: ослепительное солнце или, напротив, проливной лиивень… Природа никогда не бывает нейтральна. Земля, вздыбленная отвестными скалами, извергается вулканами и гейзерами, засасывает неосторожного путника в топи болот. Затем следуют крупным планом портреты героев, чаще всего двоих всадников, объединённых автором по контрасту: тощий мрачный верзила и толстячок-бодрячок. Не проехав и пары миль, они обязательно наткнутся на следы преступников и злодеев.

   Главный герой – зоркий следопыт, и всякий раз наткнувшись на улики, оставленные негодяями, он начинает их преследовать не ради мести, а во имя справедливости. Тот, кто похитил красавицу или драгоценности, тот, кто угрожает путникам, кто держит в осаде мирных жителей, кто коллекционирует скальпы, обязательно получит по заслугам.

След – ключ к тайне, интрига заверчена, действие направлено по криминальному руслу. Начинаются погони, перестрелки, потасовки, охота за скальпами и золотом, изощрённые злодейские казни и козни и, наконец, – финальная милость победителей.

Книги Мая обладали обаянием примитива, подкупающей непосредственностью и наивностью. Споры вызывал чаще всего герой Карла Мая. Главный из бесчисленных персонажей – это был Карл бен Немси, – как нарекли его арабы, или же Верная Рука, – как прозвали его друзья-индейцы. Олдшеттерхэнд – немец, давно покинувший Саксонию. Он путешествует без каких-либо утилитарных целей. Его миссия в романах сводится к тому, чтобы соединять разлучённых: влюблённых, братьев, друзей, детей и родителей. Он помогает им обрести друг друга с трогательным бескорыстием. Он сильнее и умнее всех врагов. Он владеет всеми видами оружия. Его винчестер и винтовка – лучшие на Диком Западе. Однако его лучшее оружие – физическая стать, ловкость и смекалка. Карл Май первым создал культ атлетизма, всегда привлекательный для молодёжи. Городской подросток, задыхаясь от восторга, читал о похождениях среди бескрайней природы, не тронутой цивилизацией.

Как подобает физически сильному человеку, Олдшеттерхэнд нравственно безупречен. Он – заступник обиженных, он карает преступников. Ошибались те, кто видел в нём сверхчеловека, этакую белокурую бестию. И впрямь исключительно сильная личность, он лишён высокомерия и агрессивности. Когда какое-либо индейское племя берёт в руки «томагавк войны», он тут же стремится погасить вражду и предлагает раскурить «трубку мира».

 

                                        Разоблачение мистификатора

     Карл Май, он же Олдшеттерхэнд (романы написаны от первого лица), доверительно сообщал своим читателям, что свободно владеет арабским, английским, французским, итальянским, испанским греческим, латинским, еврейским, румынским, говорит по-китайски, по-малайски, на фарси, а также на многих наречиях индейских племён. Он, конечно, не умел изъясняться на языке команчей или апачей, но то и дело вставлял в немецкий тест расхожие индейские слова: томагавк, мокасины, скво, вигвам. Если же он приглашал читателя разделить с ним опасности скитаний по африканским пустыням, тут на каждом шагу попадались бедуины, шейхи, дервиши, паши и визири. Читатель верил ему, потому что встречал в его романах всегда что-то полузнакомое.

     Он был великим мистификатором, уверял, что приобрёл свои обширные познания, благодаря тому, что спал через ночь: якобы три ночи в неделю бодрствовал над старинными фолиантами. Он и впрямь проводил много времени у книжных полок. На лихом скакуне он ни разу не пересёк прерии и саваны. Но он неспешно путешествовал по картам и атласам, справочникам и энциклопедиям, выбирая для своих двойников маршруты опасные и увлекательные. Он фиксировал в тексте названия реальных гор и водопадов, крепостей и монастырей. Он очень заботился о том, чтобы создать некое подобие местного колорита. Карл Май подарил себе литературную жизнь, полную приключений и подвигов, которых так не хватало ему в жизни обыденной, ведь он до 66 лет ни разу не выехал за пределы Германии. Он так вошёл в образы своих персонажей, что на письма читателей отвечал как бы от их лица.

В 1899 году обман раскрылся, затем всплыли истории о прежних судимостях саксонского «друга индейцев». Автор 80 томов сочинений был заживо изъят из текущей литературы. Коллеги-писатели с ним не общались. Последние 10 лет жизни, вплоть до смерти в 1912 году Май прожил в тягостной обстановке бесконечных судебных тяжб, разбирательств и травли в прессе.

 

                                           Кумир немецких подростков

Тривиальные романы Карла Мая в сознании немцев занимали довольно значительное место. Так или иначе он расширял образовательное пространство нации. Читая его романы о приключениях своих соотечественников на Востоке и Западе, германский подросток исподволь приобщался к всемирной истории.

В романе писателя-экспрессиониста Леонгарда Франка «Разбойничья шайка» (1914) 14-летние мальчишки просто бредят Америкой. Они присваивают себе имена и прозвища любимых героев. Их ватагой верховодит атаман, которого все почтительно именуют Бледнолицый Капитан. Под его водительством они устраивают всяческие озорные проделки в своём провинциальном городке, наводя на почтенных бюргеров страх и ужас. Но впереди у ребят маячит Америка, где они покажут, на что способны лихие тёзки героев Карла Мая.

Удивительно, но факт: им увлекались даже такие интеллектуалы как Эйнштейн, Томас Манн, Алексей Толстой. Его обожал Адольф Гитлер, и эта декларируемая любовь обернулась для Мая тем, что его книги перестали печатать после войны. Он был реабилитирован на родине лишь в начале 80-х гг.

 

                                          Второе пришествие Виннету

Рождённый в Саксонии, неподалеку от Дрездена в тихом Радебойле, Виннету пережил на рубеже 60-70-х годов второе рождение благодаря экранизациям романов Мая. Каждая очередная лента про Виннету становилась «блокбастером». Фильмы-вестерны шли по всему миру и преодолели даже «железный занавес». На экране мелькали краснокожие люди в боевой раскраске и пернатых головных уборах, слышалось ржание лошадей, выстрелы мешались с конским топотом. Подростки по обе стороны океана мечтали походить на мужественных и благородных героев в кожаных одеждах, отороченных бахромой.

В 1985 г. всесильный Хоннекер распорядился создать в Радебойле Дом-музей Карла Мая. Двери двухэтажного жёлтого особняка с надписью под крышей Villa Shatterhand“ открыты для желающих по сей день. Полюбовавшись шедеврами Дрезденской галереи и замечательной сокровищницей саксонских королей – Grünes Gewölbe, можно через 15 минут на электричке оказаться у деревянного сруба американского пионера, который покорял и завоевывал Запад. Он стоит за виллой в глубине сада, вас сопроводят туда зажигательные звуки «кантри», а встретят у крыльца столбы индейских тотемов.

   Помимо музея в Германии ежегодно вот уже более полувека проводятся два фестиваля, своего рода «индейские шоу» на открытом воздухе. Один – неподалеку от Гамбурга в курортном городке Бад Зегеберг, второй – в родном городке Ангелы Меркель Темплине, где создан парк «Дикий Запад».

Романы Карла Мая на родине продолжают оставаться бестселлерами, ибо читатель и сегодня находит в них то, чего ему не хватает в жизни, – смелость, честность, благородство. Да и жажду приключений из человека не вытравить.

 

 

 

Грета Ионкис (Кёльн)

Профессор, доктор филологии,

член Международного ПЕН-клуба

русская православная церковь заграницей иконы божией матери курская коренная в ганновере

О IF: Грета Ионкис (Кельн)

Читайте также

Ида Брунелли-Ленти и Антон Шмид: вопрос совести

Известно, что Праведники народов мира спасали евреев в чрезвычайных ситуациях, почти всегда рискуя собственными жизнями, что …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика