Старт // Новые статьи // Культура // «БРОЖУ ПО ЗАСНЕЖЕННЫМ ТРАВАМ…»
Integrationszentrum Mi&V e.V. – Mitarbeit und Verständigung

«БРОЖУ ПО ЗАСНЕЖЕННЫМ ТРАВАМ…»

Иволга настраивает флейту

 

          Дочерям: Светлане, Татьяне, Ольге

Иволга настраивает флейту –
Значит, снова будет жаркий день.
Раньше я так радовался лету,
А сейчас – спешу скорее в тень

Сохнут тополя в аксайском парке –
Их сажал здесь наш 9-й класс.
Я тогда был тихим скромным парнем
И всерьёз влюбился в первый раз…

С той поры далёкой – не однажды

Я в глазах пленительных тонул.
Всё ушло, как будто сон вчерашний,
Как вода текучая в Дону.

На донские ласковые волны
Я любуюсь, стоя на мосту.
Снова одинокий, снова вольный.
Снова. Только, дочери растут.

Поскорее, доченьки, взрослейте!
Может, папку сможете простить.
Иволга настраивает флейту,
На вершине тополя грустит…

 

 

                    Пруд

 

Пруд затерялся на задворках автобаз.

В ночную воду ива клонит ветви.

Распугивая дрёму до рассвета,

Гудит-вздыхает трассы контрабас.

 

Признаться, джаз не очень-то люблю.

Тем более, такой вот, невесёлый.

Но соловей своё вплетает соло,

По-своему трактуя этот блюз.

 

И всё вдруг по-иному зазвучит,

В скрещенье фар и зыбкой лунной тайны.

И там, в груди, мой персональный таймер,

Хвала Творцу, пока ещё стучит.

 

 

Сон девочке приснился

 

                  Марине Фатеевой*

 

Сон девочке приснился

однажды летней ночью,
Сон девочке приснился…

Конечно, о Любви.
И девочка проснулась,

и поняла, что хочет,
И поняла, что знает,

как мир от зла спасти!

И девочка уснула.

А на губах – улыбка:
«Ведь это же так просто.

Ну, зло, теперь, держись!»
Но девочка не знала,

что в нашем мире зыбком,
Чтоб воплотить решенье –

понадобится жизнь.

———

*Марина Фатеева – русский поэт, автор либретто

мюзикла «Алель».

 

 

        Ой, ты, степь моя

 

Ой, ты, степь моя, степь раздольная,
Надо мной кружит птица вольная.
Я один в степи, верный конь убит,
Лучший друг в бреду раненый лежит.

Дай мне силы, степь, выйти к Дон-реке.
Односума смерть держит на крючке.
Я к реке дойду, друга доведу.
И, даст Бог, река отведёт беду.

Лишь бы друг мой встал, лишь бы не сплошал.
Мы отыщем чёлн где-то в камышах.
Унесёт нас он, да по воле волн,
Да по воле волн, выплывет наш чёлн.

Ой, ты, тихий Дон – славная река!
Не погубит Дон душу казака.
Ой, ты, степь моя, степь раздольная,
Надо мной кружит птица вольная…

 

       

                    Дивный сон

 

Где грустят на курганах половецкие бабы,
Где простор осеняют взмахом крыльев орлы,
Ты в неведомом прошлом мне присниться могла бы,
В караванной кибитке хромого Оглы.

Быстрый взгляд из окошка, насмешливый окрик…
«Полонянка? Да нет, больно дева смела…»
Я б заставил коня цвета огненной охры,
Пред тобой встать свечой, натянув удила.

Всё вокруг за мгновенье цепким взором измерив,
Ничего не ответив, умчался бы прочь.
Но на дальней стоянке, вдруг в удачу поверив,
Я бы выкрал тебя и скакал бы всю ночь.

Я б скакал по степи с драгоценною ношей,
А под утро, погоню сто раз обманув,
Задохнулся б от счастья с тобою – хорошей!
И во взгляде бездонном навек утонул…

Где грустят на курганах половецкие бабы,
Где простор осеняют взмахом крыльев орлы,
Ты в неведомом прошлом мне присниться могла бы,
В караванной кибитке хромого Оглы…

 

 

Брожу по заснеженным тропам

 

Брожу по заснеженным тропам,
Любуюсь, как сыплется иней.
Казалось бы, нету в нём проку?
А всё-таки очень красивый!
А в небе белесые трассы
Ложатся в изменчиво-синем
И солнечном мега-пространстве,
Что есть надо мной и Россией…

И вот уже вечер крадётся
Над городом зыбкою тенью.
И тонкая пряжа прядётся
С названьем таинственным «Время».
И с первой звездой-озареньем:
Прозренье?! Затменье?! Наитье?!
Метнётся догадкою-тенью:
Кто держит в руках наши нити…

А утро — к заснеженным тропам
(А может быть, к трассам небесным?)
Потянет, уняв лень и ропот.
И так — до финала, до бездны.
До…

дальше, увы, неизвестно.
До…

знать не хочу, если честно.
До…

в общем, пока что, неясно,
Но, верится, что не напрасно.

 

 

              Память

 

Боже!

Как сильно я нынче устал…

Что же

Мне тёмною ночью не спится?!

Корчится мысль, как в огне береста,

Лица. Мелькают далёкие лица!..

Сколько

Мне жизнь посылала даров,

Скольких

Друзей потерял безвозвратно…

Пройдено мною бессчетно дорог –

Ни по одной не вернуться обратно!

Память…

Зачем же так память остра?!

Пламя,

Что душу мне жжёт, но не греет…

Память – печали родная сестра.

Что же с годами она не стареет?!

Вечность

И прошлое манят меня.

Ветром,

Пахнуло колючим и стылым

Хочется верить, что жил я не зря,

Боже, пошли мне, уставшему, силы…

 

 

*ЮРИЙ ТРУЩЕЛЁВ Поэт, прозаик. По образованию журналист. Уроженец Ростовской обл. Писать стихи начал в школьные годы. Первая книга – «Странная птичка удод» — стихи и проза (2005). В середине 90-х ветеран  ВОВ А. А. Иевлев на стихи Ю. Трущелёва написал песню «Аксай», которая вошла в репертуар хора ветеранов «Криница» и исполняется до сих пор. На стихи Ю. Трущелёва, написаны более 80 песен композиторами из России, Украины, Эстонии, Казахстана, США, Германии, Израиля, Ирландии. Песни на его стихи вошли в репертуар Рады Рай, Зиновия Бельского, Рустама Штара, Алексея Аппина, Евгения Ворошилова, а также Марка Тайтлера (США), Рины Любомиров (Израиль).

 

русская православная церковь заграницей иконы божией матери курская коренная в ганновере

О inter-focus.de

Читайте также

«Все должно быть прекрасно в человеке»

Так вслед за Чеховым считает Саша Марианна Зальцман (Salzmann), и так же называется ее очередной …

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика